 |
|
Взгляды её были строго консервативны. Она всегда стояла на страже добрых нравов, и сама усердно предавалась духовным упражнениям, покорно подчиняясь дисциплине отцов иезуитов...
Два темных силуэта двинулись к нему, с трудом преодолевая свирепые порывы ветра. Узнав пришедших, Марк с облегчением вздохнул. — Вы опоздали. — Прости, Марк, это все чертова погода...
б шествия и мавзолеи, поклонений &n..
Семейный пансионат GreenStone. дом отдыха Гринстоун на озере Селигер.
Другие книги автора:
«Дашенька, или история щенячьей жизни»
Карел Чапек всегда был страстным путешественником. Ещё совсем мальчишкой, получив выделенную ему долю отцовского состояния, он совершил свою первую заграничную поездку — в Берлин. Отправился он туда, чтобы прослушать в университете полугодовой курс лекций по философии. Но уже через несколько недель он оставил Берлин и приехал в Париж к брату Йозефу, начинающему художнику. Столица Франции поразила, околдовала, опьянила юного Карела. Но не прошло и года, как его начали манить порты на севере Франции и Океан. Пределом мечтаний юного романтика стало плавание из Марселя к далёким и сказочным берегам Африки. Мечте этой, увы, не дано было сбыться. Жара, нехватка денег и болезненные укусы прожорливых марсельских клопов заставили Карела поспешно бежать на родину — в Прагу.
Лишь много позже Чапек, уже знаменитый писатель и председатель чешского Пен-клуба, получил, наконец, долгожданную возможность путешествовать в своё удовольствие.
Италия, Франция, Англия, Испания, Голландия, Норвегия, Швеция, Дания — словом, многие страны Европы были счастливы принять у себя первого всемирно известного чешского драматурга и прозаика. А уж как был счастлив он! С какой страстью и непосредственностью Карел Чапек открывал города и страны. Его радовало буквально всё новое, встреченное на пути: великолепные дворцы и бедняцкие лачуги, бескрайние моря и живописные лужи, мировые знаменитости и бродячие собаки. Он был так часто и разнообразно поражён, удивлён и растроган, что в конце концов превратился в незаурядного знатока, ценителя и коллекционера всевозможных впечатлений.
Но в отличие от настоящих собирателей и хранителей раритетов писатель легко и радостно делился своей коллекцией со всеми желающими. «Письма из Италии» (1923), «Письма из Англии» (1924), «Прогулка в Испанию» (1930), «Картинки Голландии» (1932), «Путешествие на Север» (1936) печатались на страницах чешской газеты «Лидове новины» и раскупались восторженными читателями как горячие пирожки. Не только потому, что рассказы, заметки, эссе Чапека-путешественника были занимательны, поэтичны, остроумны, но и потому, что чешский обыватель получил возможность взглянуть на современный ему мир глазами «своего» человека.
К тому же, начиная с «Писем из Англии», свои путевые наблюдения Чапек снабжал картинками. В отличие от брата, он не был профессиональным художником, но карандашом всегда владел неплохо. Однако в свои способности поверил только тогда, когда его рисунки похвалил Йозеф. Один из приятелей братьев Чапек, писатель и журналист Франтишек Кубка утверждал даже, что у Карела-художника был неповторимый почерк — «воздушный, с волнистыми линиями, словно он рисовал по воде». А другой общий знакомый Франтишек Лангер писал: «Его рисунки — это вообще некий вид каллиграфии, с помощью которой он передаёт не только внешние особенности предмета, но, если нужно, и изобразительную метафору, эпитет, истолкование, шутливое замечание». Но с чем бы ни сравнивали ценители графические опыты Чапека, полностью они сходились в одном: пером рисовальщика Карел делал то же, что пером писателя, — открывал, постигал и изображал мир.
Источник:http://www.bibliogid.ru/
Тем временем:
...
Животное вздохнуло и шевельнулось у меня в руках.
Через мгновение лиса уже заворочалась, и я опустила ее на прежнее место; она поднялась на ослабевшие лапы, вздрогнула и, с трудом ворочая головой, огляделась. При виде Аллана рыжая тявкнула и тотчас одним прыжком скрылась в канаве под живой изгородью.
Аллан, готовый зареветь (даром что мальчишка, да еще на два года меня старше), в ужасе вытаращил глаза. На скулах, под ушами задергались мышцы. Выронив палку, мой брат с дикими воплями бросился по колючей стерне в сторону фермы.
Я осталась одна – в неописуемом восторге.
Позже, много позже, оглядываясь на тот яркий миг детства с высоты более зрелого возраста, я во всех подробностях (так мне казалось) припомнила поднятую из травы лисицу и в тревоге задумалась: если мне присущ такой Дар, действует ли он на расстоянии?
…Головокружение отступило, перевернутая страница ровно улеглась на прочитанную. Дар памяти, который доступен всем и, конечно же, действует на расстоянии, вернул меня к настоящему и, хотя тогда это было мне невдомек, положил начало моей собственной истории.
Пора представиться: мое имя – Исида. Обычно меня называют Айсис или просто Ай. Я – ласкентарианка.
***
Начну по порядку – с того дня, когда мой дед Сальвадор, наш Основатель и Блюститель, получил письмо, давшее толчок разнообразным событиям, о которых я собираюсь здесь рассказать: это был первый день мая тысяча девятьсот девяносто пятого года, и все члены нашего Ордена уже вовсю готовились к Празднику любви, приходившемуся на конец месяца. Праздник этот, отмечаемый раз в четыре года, был чреват – для меня одной – особыми последствиями, которые не давали мне покоя; по этой причине я испытывала только облегчение и совершенно не печалилась оттого, что мне предстояло выйти за пределы Общины и совершить еженедельный поход в Данблейн, точнее, в тамошний собор, известный своим органом фирмы «Флентроп».
Наша обитель находится в излучине реки Форт, в нескольких милях от города Стерлинга, выше по течению...
ресурс Чапек Карел (Capek Karel)
